«И, сказав это, опять вышел к Иудеям и сказал им: я никакой вины не нахожу в Нем. Есть же у вас обычай, чтобы я одного отпускал вам на Пасху; хотите ли, отпущу вам Царя Иудейского? Тогда опять закричали все, говоря: не Его, но Варавву. Варавва же был разбойник» (Иоан.18:38-40)

Палестина всегда была полна мятежей, здесь в любой момент мог вспыхнуть пожар смуты и восстания. В частности, существовала группа радикально настроенных иудеев, носивших название «сикарии», что означает «тот, кто носит с собой кинжал». Это были фанатики-националисты, которые носили кинжалы под плащом и при каждом удобном случае пускали их в ход. Вполне возможно, что Варавва был одним из них – человеком смелым, решительным и по-своему патриотом. Люди всегда видели что-то загадочное в том, что толпа, всего неделю назад криками приветствовавшая Иисуса при въезде в Иерусалим, теперь требовала Его распятия. Но  здесь нет ничего загадочного. Дело в том, что толпа теперь состояла совсем из других людей. Иисуса арестовали тайно, ночью, Его судили и привели к Пилату рано утром. Его ученики в страхе разбежались и, конечно, были не в том состоянии, чтобы собирать сторонников. Поэтому там, у претория, не могло быть много сторонников Иисуса. Ну, а кто тогда мог быть в толпе? На Пасху отпускали одного узника, но Иисус еще накануне вечером не был узником, а Варавва был. Поэтому, вероятно, уже с вечера возле претория стали собираться те, кто симпатизировал Варавве. Это чрезвычайно облегчило задачу представителей синода, приведших Иисуса на суд Пилата. Как удивительно уместно звучат здесь слова 21 псалма, в котором содержится пророчество о страданиях Иисуса: «Не удаляйся от меня, ибо скорбь близка, а помощника нет. Множество тельцов обступили меня; тучные Васанские окружили меня, раскрыли на меня пасть свою, как лев, алчущий добычи и рыкающий» (Пс.21:12-14). Не всегда нас будут окружать наши сторонники, мило улыбающиеся и сочувствующие нам люди. Но помните пример Иисуса, оставайтесь верными завету и идите до конца.