Джон Уэсли БИБЛЕЙСКИЙ ПУТЬ СПАСЕНИЯ
(Проповедь 43)
«Вы спасены через веру» - Ефесянам 2:8
1. Часто религию описывают так, что она кажется самой замысловатой, запутанной и сложной для понимания вещью в мире. И это относится не только к религии язычников, даже самых мудрых, но и к религии тех, которые в определенном смысле являются христианами, тех, которые в христианском мире имеют известность и, можно сказать, «являются его столпами». Но на самом деле религия Иисуса Христа предельно ясна и проста для понимания, конечно, при условии, что мы будем рассматривать ее в оригинале, именно так, как написано в Слове Божьем. Мудрый Создатель и Властелин мира специально сделал ее доступной для ограниченного понимания и возможностей человека в его нынешнем состоянии. И это совершенно очевидно, если посмотреть на цель, к которой она ведет, и на средства достижения этой цели. Целью, одним словом, является спасение, а средством ее достижения – вера.
2. Эти два слова – я имею в виду веру и спасение – являются сутью всей Библии, если можно так сказать, сердцем Писания. Поэтому мы особенно должны стараться избежать ошибок относительно этих понятий и сформировать о них правильное суждение.
Так давайте же разберемся:
I. Что такое спасение?
II. Что это за вера, которой мы спасаемся?
III. Как мы ей спасаемся?
1)
1. И первый наш вопрос: «Что такое спасение?» Спасение, о котором мы говорим, это совсем не то, что под этим словом часто понимают. Это не путь на небеса и не вечное счастье. Это не означает, что душа пойдет в рай, как сказал Господь, «в лоно Авраамово». Это не какое-то благословение, находящееся по ту сторону смерти или в другом мире, как мы обычно говорим. Сами слова в данном отрывке показывают, что это не так. «Вы спасены». Это не что-то далекое, это настоящее, благословение, которое вы приняли по незаслуженной благодати Божьей. Эти слова настолько же правильным будет перевести: «Вы были спасены». То есть слово спасение, о котором здесь говорится, можно применить ко всей работе Божьей в душе человека, от момента сошествия на нее благодати до принятия в славу.
2. Если брать слово спасение в самом широком смысле, оно включает в себя все, что совершается в душе так называемой «совестью» или точнее сказать «предшествующей благодатью», все «призывы» Отца, желания о Боге, увеличивающиеся больше и больше, если мы поддаемся им. Также это «свет», которым Сын Божий «освещает всякого, приходящего в мир», уча всех «действовать справедливо, любить дела милосердия и смиренномудренно ходить пред Богом своим», и обличение, которое Его Дух время от времени производит в каждом сыне человеческом. Но в реальности большинство людей стараются угасить все эти переживания как можно быстрее и вскоре забывают или, по крайней мере, отрицают, что вообще имели их.
3. Но в данный момент нас интересует только то спасение, о котором говорит апостол. Оно состоит из двух основных частей: оправдания и освящения.
Оправдание – это то же самое, что и прощение. Это когда Бог прощает все наши грехи и принимает нас. Ценой, которой все это было приобретено для нас (ее называют «славным делом» нашего оправдания), является кровь и праведность Христа или все, что Христос сделал и перенес за нас, «предав душу свою за злодеев». Непосредственными результатами оправдания являются мир Божий, «превосходящий всякое понимание», «радость в надежде славы Божьей», «радость неизреченная и преславная».
4. Освящение же начинается в тот самый момент, как мы получаем оправдание. В этот момент мы «рождаемся свыше», «рождаемся от Духа». Происходят реальная и относительная перемена. Мы внутренне обновляемся силой Божьей. Мы чувствуем, как любовь Божья «изливается нам в сердце, данным нам Святым Духом», производя в нас любовь ко всему человечеству, а особенно к детям Божьим. Она изгоняет любовь к миру, к удовольствиям, почету, деньгам, а также гордость, гнев, своеволие и все остальные пороки, одним словом, меняет «земной, плотской, бесовской разум» на тот, что «был в Иисусе Христе».
5. И вполне естественно, что те, кто испытал такую перемену, думают, что греха больше нет, что он был полностью выкорчеван из их сердца и больше не имеет там места. Они с легкостью делают вывод: «Я не ощущаю греха, следовательно, я его не имею». Он невидим, следовательно, его нет; не имея движения, он не существует.
6. Но как правило, очень скоро такие люди выходят из заблуждения, понимая, что грех не был уничтожен, а просто его действие было приостановлено. Снова возвращаются искушения, и оживает грех, показывая, что он был поражен, но не убит. Теперь в них борются два противоречия: «плоть желает противного духу», не покоряясь благодати Божьей. Они все еще чувствуют в себе силу верить во Христа и любить Бога, и Дух Божий все еще «свидетельствует их духу, что они дети Божьи», но при этом они не могут отрицать, что иногда чувствуют гордость или своеволие, а порой гнев или неверие. Они ощущают, как эти эмоции закипают в их сердце, и, хотя не одолевают их, но «сильно толкают, чтобы они упали, но Господь поддерживает их».
7. Четырнадцать веков назад Макарий очень точно описал то, что в такой момент переживают дети Божьи. «Неумелые (или неопытные) при воздействии благодати воображают, что больше не имеют греха. В то время как разумные не могут отрицать, что даже мы, имеющие благодать Божью, можем вновь совратиться… У нас множество примеров братьев, которые приняли такую благодать, что утверждали, будто в них уже нет греха. Но все же позднее, когда они уже считали себя полностью свободными, то развращение, что скрывалось в них, вновь оживало, и они были практически повержены».
8. С того момента, как мы «рождаемся свыше», начинается постепенное освящение. Дух нам дает способность «умертвить дела плоти» и нашей греховной природы. И с тем, что мы все больше и больше умираем для греха, мы больше и больше оживаем для Бога. Мы переходим из благодати в благодать, стараясь «удерживаться от всякого рода зла», «ревновать о добрых делах», при каждой возможности «делать добро всем людям», непорочно ходя в Его уставах, поклоняясь Ему в духе и истине, беря свой крест и лишая себя всех удовольствий, которые не ведут нас к Богу.
9. Так мы ожидаем полного освящения, полного спасения от наших грехов, от гордости, своеволия, гнева, неверия или, называет это апостол, «спешим к совершенству». Но что такое совершенство? Это слово имеет различные значения, но в данном случае означает совершенную любовь. Это любовь, которая вытесняет грех, заполняет сердце и охватывает всю душу. Это любовь, которая «всегда радуется, непрестанно молится и за все благодарит».
2) Но что это за «вера, которой мы спасены»? Это наш второй пункт.
1. Вера в общем смысле определяется апостолом, как έλεγχος πραγμάτων ού βλεπομένων – «уверенность», божественная «уверенность или убежденность в невидимом», то есть в том, что мы не можем воспринять глазами или другими внешними органами чувств. Она подразумевает с одной стороны сверхъестественную уверенность в Самом Боге, и в том, что принадлежит Ему, что-то вроде духовного света, проливаемого на душу, и с другой стороны сверхъестественное зрение, позволяющее его видеть. Поэтому Писание иногда говорит о том, что Бог дает свет, и иногда о том, что Он дает силу его видеть. Так говорит и Св. Павел: «Бог, повелевший из тьмы воссиять свету, озарил наши сердца, дабы просветить нас познанием славы Божией в лице Иисуса Христа». А в другом месте он же говорит о том, что «глаза разума нашего открываются». Таким образом, посредством двойного действия Духа Святого, который открывает и просветляет глаза нашего разума, мы видим то, чего «не видел глаз, и не слышало ухо». Мы видим невидимое божественное. Мы видим духовный мир, который окружает нас со всех сторон, но мы не можем его воспринять своими естественными органами чувств, как будто его и нет. И также мы видим вечный мир через завесу, отделяющую время от вечности. Он больше не скрыт облаками и тьмой, но мы уже сейчас видим славу, которая должна открыться.
2. Если брать слово вера в более конкретном смысле, то оно означает не только уверенность в том, что «Бог во Христе примирил с Собою мир», но и в том, что Христос «возлюбил меня и предал себя за меня» (мы можем назвать это сутью или лучше свойством веры). Этой верой мы «принимаем Христа» во всех Его ипостасях: как Пророка, Священника и Царя. Этой верой Он сделался для нас «премудростью от Бога, праведностью и освящением и искуплением».
3. Но является ли эта вера «верой убежденности» или «верой приверженности»? Писание не делает такого различия. Апостол говорит, что есть «одна вера, одна надежда вашего звания», одна христианская спасающая вера, потому что есть только один Господь, в которого мы верим, и «один Бог Отец» у всех нас. А также эта вера обязательно означает убежденность (это практически то же самое, что и уверенность, и разницу обозначить достаточно сложно) в том, что «Христос возлюбил меня и предал себя за меня». Потому что имеющий истинную, живую веру «имеет свидетельство в себе самом». «Дух свидетельствует его духу, что он дитя Божье». «А так как он сын, то Бог послал в его сердце Духа Сына Своего, вопиющего: "Авва, Отче!"», дарующего ему удостоверение в том, что это так, и детскую уверенность в Боге. Но нужно заметить, что по самой природе вещей удостоверение идет перед уверенностью. Потому что человек не может иметь детскую уверенность в Боге, пока не узнает, что он дитя Божье. Поэтому уверенность, доверие, приверженность или как бы мы это ни называли, являются не первым, как некоторые полагали, а вторым шагом или действием веры.
4. Этой верой мы спасены, оправданы и освящены в самом высоком смысле слова. Но каким образом мы оправданы и освящены верой? Это наш третий вопрос. И поскольку вопрос чрезвычайно важный, будет уместно рассмотреть его более подробно.
3)
1. И, во-первых, как мы оправдываемся верой? В каком смысле мы можем это понимать. Я отвечу, что вера является условием и единственным условием оправдания. Это условие, поэтому оправдываются только те, кто верит, и без веры не оправдывается никто. И это является единственным условием. Этого достаточно для оправдания. Каждый верующий бывает оправдан, независимо от того, имеет ли он что-то еще или нет. Другими словами, никто не может оправдаться, пока не уверует, и каждый, уверовав, бывает оправдан.
2. «Но разве Бог не заповедует нам также и покаяться? А также «сотворить достойный плод покаяния»? «Перестать делать зло» и «научиться делать добро»? И разве эти две вещи не важны? Поэтому если мы намеренно пренебрегаем какой-то из них, разве мы можем вообще надеяться на оправдание? Но если это так, как мы можем говорить, что вера является единственным условием оправдания?»
Бог, несомненно, заповедует нам покаяться и сотворить плод, достойный покаяния. Если мы этим сознательно пренебрегаем, мы не можем ожидать, что получим оправдание. Поэтому и покаяние, и плоды покаяния в определенном смысле необходимы для оправдания. Но нельзя сказать, что они необходимы в том же смысле, что и вера, и в той же степени. Я говорю не в такой же степени, потому что они необходимы только при том условии, что для них есть время и возможность. В противном же случае человек может получить оправдание и без них, как разбойник на кресте (если мы можем так его называть, так как один покойный ныне автор выяснил, что он не был разбойником, а очень честным и уважаемым человеком!). Но человек не может быть оправдан без веры. Это невозможно. Точно так же человек может иметь все возможное покаяние и множество плодов, достойных покаяния, но все это бесполезно: он не будет оправдан, пока не поверит. Но в тот момент, когда он поверит, имея или не имея эти плоды, большое или маленькое покаяние, он оправдан. Я также говорю не в таком смысле, потому что покаяние и его плоды косвенно необходимы для веры, в то время как вера непосредственно и немедленно необходима для оправдания. Получается, что вера является единственным непосредственным условием оправдания.
3. «Но верите ли вы в то, что мы освящаемся верой? Мы знаем, что вы верите, что мы оправдываемся верой, но разве вы не верите и не учите, что освящаемся мы делами?»
На протяжении последних двадцати-пяти лет люди утверждали это с полной уверенностью. Но я постоянно различными путями говорил совершенно противоположное. В частных беседах и публичных выступлениях я постоянно говорил, что мы освящаемся, как и оправдываемся, верою. На самом деле одна из этих великих истин замечательно иллюстрирует другую. Мы освящаемся верою точно так же, как и оправдываемся. Вера является условием, единственным условием освящения, как и оправдания. Это условие, и поэтому освящаются только те, кто верит, и без веры не освящается никто. Это единственное условие и его вполне достаточно для освящения. Всякий верующий освящается, независимо от того, что он еще имеет или не имеет. Другими словами, никто не может быть освящен, пока не уверует, и каждый, уверовав, освящается.
4. Но разве не должно быть покаяния, следующего за оправданием, как и покаяния, предшествующего оправданию? И разве не возложена обязанность на всех оправданных «ревновать о добрых делах»? И разве они не настолько важны, что если человек намеренно пренебрегает ими, он не может рассчитывать на то, что будет освящен в полном смысле слова, то есть «совершен в любви»? И также он не сможет «возрастать в благодати», любви и «познании нашего Господа Иисуса Христа». И разве он сможет сохранить ту благодать, которую Бог уже дал ему? Может ли он оставаться в вере, которую принял, и сохранять Божье благорасположение? Разве вы сами не допускаете всего этого и не утверждаете этого постоянно? Но если это так, то как мы можем говорить, что вера является единственным условием освящения?
5. Я действительно соглашаюсь со всем этим и считаю за истину Божью. Я согласен, что существует покаяние после, как и до оправдания. На всех оправданных возложена обязанность ревновать о добрых делах. И добрые дела настолько необходимы, что если человек намеренно пренебрегает ими, он не может ожидать, что получит освящение. Он не может «возрастать в благодати», в образе Божьем, разуме, который был во Христе, не может сохранять веру, которую принял, оставаться в вере и Божьем благорасположении.
Но какой мы из этого можем сделать вывод? Покаяние, в правильном смысле слова, и все добрые дела, дела благочестия и дела милосердия (очень точное название, так как они приходят от веры) в определенном смысле необходимы для освящения.
6. Я говорю «покаяние в правильном смысле слова», потому что его нельзя путать с предшествующим покаянием. Покаяние, следующее за оправданием, значительно отличается от того, которое предшествует ему. Оно не подразумевает вины, ощущения осуждения, осознания гнева Божьего. В нем нет сомнения по поводу Божьего благорасположения или страха, «в котором есть мучение». Это скорее обличение Святого Духа, в «грехе», который еще «остается» в наших сердцах, в том, что мы имеем φρόνημα σαρκός – «плотской разум». Как говорит наша церковь, «он остается даже в возрожденных», но уже не правит и не властвует над ними. Это обличение в том, что мы склонны делать зло, что сердце наше предрасположено к отступничеству, и что наша «плоть постоянно желает противного Духу». Если мы постоянно не остерегаемся этого и не молимся, она начинает то гордиться, то гневаться, то любить мир, легкую жизнь, почести и удовольствия больше, чем Бога. Это обличение в том, что наше сердце стремится к своеволию, атеизму и идолопоклонству, и более всего к неверию, благодаря которому мы «отходим от живого Бога» тысячами разных путей.
7. К обличению во грехе, который остался в наших сердцах, присоединяется обличение в грехе, который остался в наших жизнях, проявляясь во всех словах и делах. Даже в самых лучших из них мы продолжаем видеть примесь зла. В самом поступке, в том, как и в каком духе он был совершен, мы видим что-то такое, что не смогло бы выдержать праведного Божьего суда, если бы Он спрашивал с нас за каждое прегрешение. Там, где мы меньше всего ожидаем, мы находим оттенок гордости, своеволия, неверия или идолопоклонства, так что теперь мы стыдимся своих лучших дел больше, чем когда-то стыдились самых страшных грехов. И поэтому мы чувствуем, что в них нет ничего похвального, и что они не могут устоять перед справедливым Божьим судом, и что даже за эти дела мы были бы повинны перед Богом, если бы не кровь завета.
8. Опыт показывает, что помимо обличения в грехе, который остается в наших словах и делах, и вины, которую бы мы испытывали, если бы не постоянное окропление искупительной кровью, покаяние подразумевает еще один момент. Это осознание нашей беспомощности, неспособности даже на хорошую мысль, и чистое желание, и уж тем более на то, чтобы сказать доброе слово или сделать доброе дело, если бы не всемогущая благодать Бога, не оставляющая нас ни на минуту.
9. «А какие добрые дела вы называете необходимыми для освящения?» Во-первых, все дела благочестия, такие как: всеобщая, семейная и личная молитва, принятие Вечери Господней, изучение Писаний через слушанье, чтение и размышление, а также использование поста и воздержания в той мере, в какой позволяет наше физическое здоровье.
10. Во-вторых, это все дела милосердия, направленные на души или тела людей, такие как, например, кормить голодных, одевать нагих, принимать странников, посещать узников, больных или страдающих. Также стараться назидать незнающих, пробудить спящего грешника, оживить теплых верующих, утвердить колеблющихся, утешить малодушных, помогать искушаемым, или любым другим способом поучаствовать в том, чтобы спасти души от смерти. Это есть покаяние и плоды, достойные покаяния, которые необходимы для полного освящения. Так Господь заповедал Своим детям ожидать от Него полного спасения.
11. Здесь может проявиться вся пагубность на первый взгляд совершенно безобидного мнения о том, что «в верующем нет греха, и весь грех был уничтожен на корню в тот момент, когда человек получил оправдание». Отметая необходимость в покаянии, оно полностью перекрывает путь к освящению. В душе человека, который думает, что не имеет греха ни в жизни, ни в сердце, нет места покаянию. Следовательно, нет места и «совершенствованию в любви», для которого покаяние совершенно необходимо.
12. Может также показаться, что нет совершенно никакой опасности в том, чтобы таким образом ожидать полного спасения. Потому что, если предположить, что мы ошиблись, и что такое благословение никогда не было достижимо и не может быть достигнуто, мы все равно ничего не теряем. Наоборот, само это ожидание побуждает нас использовать все таланты, которые Бог дал нам, и совершенствовать каждый из них, чтобы Господь, когда вернется, «получил Свое с прибылью».
13. Но вернемся немного назад. Даже если допустить, что покаяние и его плоды необходимы для полного спасения, они все же не являются необходимыми в таком же смысле и в той же степени. Не в той же степени, потому что эти плоды необходимы только при условии, что для них будет время и возможность. В противном случае человек может быть освящен и без них. Но он не может быть освящен без веры. Точно также, если у человека будет все возможное покаяние и множество добрых дел, в этом нет никакой пользы: он не получит освящения, пока не уверует. Но в тот момент, когда он уверует, имея или не имея плодов, а также имея большую или меньшую степень покаяния, он освящен. Я говорю не в таком же смысле, потому что это покаяние и плоды только косвенно необходимы, необходимы для продолжения и возрастания его веры, в то время, как вера непосредственно необходима для освящения. Итак, вера остается единственным условием, непосредственно необходимым для освящения.
14. «Но что это за вера, которой мы освящаемся, спасаемся от греха и совершенствуемся в любви?» Это божественное свидетельство и убежденность в том, что Бог, во-первых, обещал это в Священном Писании. До тех пор пока мы в этом полностью не убедимся, мы не сможем сдвинуться ни на шаг. И можно подумать, что для того, чтобы убедить в этом любого разумного человека, достаточно древнего обетования: «И обрежет Господь Бог твой сердце твое и сердце потомства твоего, чтобы ты любил Господа Бога твоего от всего сердца твоего и от всей души твоей». Как прекрасно эти слова описывают совершенствование в любви! Как прямо они говорят о спасении от всякого греха! Потому что если любовь завладевает всем сердцем, разве для греха остается место?
15. Во-вторых, вера – это божественное и свидетельство и убежденность в том, что Бог силен исполнить то, что обещал. Поэтому хотя мы признаем, что «человеку невозможно», сделать чистое из нечистого, очистить сердце от всякого греха и наполнить его святостью, в данном случае это не представляет трудности, потому что «Богу все возможно». И конечно же, никто никогда и не думал, что это под силу кому-то еще, кроме Всемогущего Бога! Но если Бог сказал, это будет сделано. Бог сказал: «Да будет свет, и стал свет».
16. В-третьих, это божественное свидетельство и убежденность, что Он может и желает сделать это сейчас. И почему бы нет? Разве для Него минута не то же самое, что тысяча лет? Не может быть такого, чтобы Ему было недостаточно времени, чтобы совершить то, что Он желает. И Ему не нужно ждать, пока человек, которого Он желает благословить, станет более достойным. Поэтому мы в любой момент можем с дерзновением сказать: «Сегодня день спасения». «Сегодня, если вы услышите Его голос, не ожесточите сердец своих». «Вот, все готово, приходите на брачный пир!»
17. К уверенности в том, что Бог может и желает освятить нас сейчас, необходимо добавить еще одно: божественное свидетельство и уверенность в том, что Он делает это. Тогда это происходит в тот же момент. Господь говорит в душе человека: «По вере твоей да будет тебе!» Тогда душа избавляется от всех пятен греха и «очищается от всякой неправды».Тогда верующий на себе испытывает истинное значение слов апостола: «Если ходим во свете, подобно как Он во свете, то имеем общение друг с другом, и Кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха».
18. «Но как Бог совершает это в нашей душе: постепенно или мгновенно?» Возможно, что в ком-то это происходит постепенно. В том смысле, что они не могут выделить определенного момента, когда грех исчезает. Но если на то есть воля Божья, хотелось бы, чтобы это совершалось в один момент, чтобы Господь истребил грех «дуновением уст Своих» в мгновение ока. Так Он обычно и делает, и это очевидный факт, не требующий других доказательств, чтобы удовлетворить любого непредвзятого человека. Поэтому ищите освящения постоянно. Ищите так, как было описано выше, во всех «добрых делах, на которые мы созданы в Иисусе Христе». И в этом нет опасности. Вы из-за этого ожидания никак не станете хуже, даже если не станете лучше. Потому что даже если вы разочаруетесь в своей надежде, то все равно ничего не потеряете. Но вы не разочаруетесь, она исполнится и не замедлит. Ищите освящения каждый день, каждый час и каждую минуту. Почему не сегодня и не сейчас? Вы, несомненно, можете ожидать освящения прямо сейчас, если верите, что получите его по вере. Так вы можете точно определить, ищите ли вы освящения по делам или по вере. Если по делам, то вы думаете, что вам нужно сделать что-то до того, как вы получите освящение. Вы думаете: «Я сначала должен стать таким-то или сделать то-то». Значит, вы до сего дня ищите освящения по делам. Если же вы ищите освящения по вере, то ожидайте его такими, какие вы есть и ожидайте его сейчас. Важно заметить, что между этими тремя моментами существует неразрывная связь: ожидайте освящения по вере, такими, какие вы есть и сейчас! Отрицать что-то одно, значит отрицать все вместе, а соглашаться с чем-то одним, значит соглашаться со всем. Верите ли вы, что освящаетесь верой? Тогда будьте верны своему принципу, ищите этого благословения такими, какие вы есть, ни лучше, ни хуже, как бедный грешник, которому по прежнему нечем заплатить, и нечем оправдаться, кроме как «смертью Христа». А если вы ищите освящения такими, какие есть, то ожидайте его сейчас. Не медлите. Зачем вам это? Христос готов. И Он есть все, что вам нужно. Он ждет вас. Он у двери! Так пусть ваша душа взмолится
Войди, войди, небесный Гость!
И вновь не уходи,
Чтоб мне с Тобою вечерять
И пребывать в любви.
